Энциклопедия:
Будущее
Артем Галустян
Продюсер мультимедийных проектов
Мне нравится:

— А где мы будем через три года? За политическую и экономическую ситуацию никто не может ручаться, но сама журналистика — перейдет в мобильные телефоны, и мы получим больше свободы, потому что нас будут меньше контролировать?

— Во-первых, мне кажется, станет еще «партизаннее». Сейчас мы говорим о карликовых СМИ, а будут появляться самостоятельные проекты: одно отдельное расследование, например. У них не будет большой площадки, это будут партизанские одиночные проекты. Есть множество платформ, которые позволяют собрать такой проект за копейки.

— Монетизироваться, вероятно, они будут по схеме «поддержите нас, чтобы получить следующее расследование»?

— Да, абсолютно. Краудфандинги срабатывают, и этот партизанский краудфандинг тоже работает. Опять привожу в пример Пашу Никулина и Юлю Лизер. Они работали в в «Русской планете» еще во времена, когда это было ok, в «Таких делах». Потом он открыл краудфандинг: мне нужно 100 000 рублей, чтобы выпустить первый номер ежеквартального журнала «Молоко». Это был его стартап. И он буквально за месяц собрал нужную сумму. Причем это же и первый тест твоей идеи: если она востребованная, деньги соберутся.

— Что еще будет через два–три года?

— Если говорить о глобальных трендах, то надо что-то делать с растущим количеством заходов с ручных устройств, потому что темп, с которым они растут, пугающе высокий. К концу 2017 года в мире будет 2 миллиарда ручных носителей. Получается, каждый третий человек на земле — в мобилке. Проникновение ручных форматов и проникновение Facebook в медиа, в наше потребление будет невероятно масштабным. Форматы, которые появляются, за этими темпами не успевают, пока их немного. Не у всех есть понимание, что под ручные носители надо разрабатывать собственные форматы.

Еще один важнейший момент: Facebook начинает забирать себе 30% времени в индустрии. По отчетам «Рейтер», 30 миллиардов контентных единиц в день проходит через Facebook. Это обмен контентом, то есть то, что люди друг другу отправляют — ссылки, картинки, сообщения, тексты, любой контент. Это плохо вписывается в наше представление, но с этим абсолютно точно надо что-то делать.

Я говорил с бывшим главредом Guardian Аланом Расбриджером, и когда я спросил, о чем сейчас должна болеть башка у издателя, он вообще не задумываясь ответил: «Facebook. Они забирают все внимание». Нужно что-то делать. Причем не понятно, когда говорят: «Давайте мы будем вещать в Facebook». У Facebook еще нет алгоритмов, которые он может предложить СМИ, как они могут там вещать, чтобы и тем, и тем было хорошо, чтобы и у этих заходы были, и у тех.

Раньше smm-щик — это была должность двоечника в редакции. А теперь ты думаешь: где мне найти хорошего smm-щика, а лучше троих, чтобы посадишь каждого на определенный канал.

 

Мне нравится: